«домашнем» - страница 10

7

В Варанаси я поехал через Разделяй. Смотря в

окно вагона, я любовался расстилавшимися

передо мной равнинами Индии. Мимо

проплывали бескрайние поля — на одних

колосился сбор, другие стояли под паром.

Босые пахари с плугами шли за воловьими «домашнем» - страница 10 и

буйволиными упряжками. Равномерно пейзаж

стал другим, поля сменились деревнями,

деревни — пригородом, и вот мы уже въезжали в

Нью-Дели с его смогом и гарью.

Всюду гудели авто, ревели

грузовики и шли толпы людей. Разносчики звучно

орали, малыши смеялись «домашнем» - страница 10, а уличные менялы

зазывали клиентов. Гималайские леса остались

далековато сзади, и я оказался в душноватом и грязном

многомиллионном городке.

Слоняясь вокруг фонтана на Коннот-плейс, я

услышал, как кто-то окрикнул меня: «Манк!

Неуж-то это «домашнем» - страница 10 ты?» Через мгновение меня схватил

за руку светловолосый путник с

небольшим канадским флагом на ранце. Это

небольшим канадским флагом на ранце. Это

был Шон, с которым я познакомился в массе

хиппи на площади Пикадилли в Лондоне. Мне

было «домашнем» - страница 10 приятно его узреть, но я только-только

прибыл из совсем другого мира и оказался не

готов к таковой встрече. Речь Шона, его манеры и

сама тема разговора казались мне вульгарными

и отталкивающими. Что со мной «домашнем» - страница 10 вышло? Из

вежливости я терпеливо слушивал последние

анонсы о наших общих знакомых, о взорах

Шона на современную политическую ситуацию, о

том, где и какие наркотики он воспринимал и как он

переболел дизентерией и какой у него «домашнем» - страница 10 был при

этом стул. Я изловил себя на мысли о том, что

мне очень охото сбежать от него куда-нибудь.

А ведь всего годом ранее общение с ним

доставляло мне наслаждение. Почему же на данный момент

все стало по «домашнем» - страница 10 другому? Может, он стал другим? Я

глубоко вздохнул и вдруг сообразил: это не Шон

поменялся, а я. До встречи с ним я даже не

подозревал, как глубоки произошедшие со

мной перемены. Но, оказавшись в «домашнем» - страница 10 обществе

Шона, я ощутил себя совершенно другим человеком.

Это открытие потрясло меня до глубины души.

Мне потребовалось несколько мгновений, чтоб

придти в себя. Голова кружилась, по телу

пробегала дрожь. Я сообразил, что мне необходимо с

большей осторожностью вступать «домашнем» - страница 10 в

соприкосновение с миром, который еще не так давно

был так близок мне, а сейчас стал совсем

чужим.

Шон продолжал свою трепотню, а я стал

мыслить о том, как очень зависим мы от круга

собственного «домашнем» - страница 10 общения и среды и как это

оказывает влияние на наши актуальные ценности. Около нас

лупил мощнейший фонтан, безпрерывно выбрасывая

высоко в воздух струи воды. Наверху струя

рассыпалась на маленькие брызги и с шумом падала

в бассейн «домашнем» - страница 10. Смотря на фонтан, я молился о том,

чтоб не пасть, как эти брызги, — не опуститься

до осуждения. Так как я жил не так, как все,

мне было отлично понятно, что означает быть

объектом осуждения, и я «домашнем» - страница 10 никогда не простил бы

для себя подобного дела к другим. И тем не

наименее я осознавал, что в глубине души осуждаю

Шона. Да, я больше не делил его убеждений и

интересов, но что мешало мне уважать его «домашнем» - страница 10 как

душу, имеющую такое же божественное начало,

как и я, но самому при всем этом вести конкретно тот

стиль жизни, который я сейчас считал

правильным? Такие мысли проплывали у меня в

уме, пока «домашнем» - страница 10 мы говорили с Шоном. Шон

предложил мне пообедать совместно, но я обходительно

отказался.

«Как отлично, что мы с тобой повстречались,

Манк», — произнес он, энергично пожимая мне руку.

«Да, встреча с тобой мне почти все отдала «домашнем» - страница 10,

Шон».

С этого денька во все свои приезды в Нью-

Разделяй я ночевал с другими садху в храме

Ханумана неподалеку от Коннот-плейс.

На последующий денек я продолжил свое

путешествие в Варанаси. Одно из преимуществ

поездок третьим «домашнем» - страница 10 классом заключалось в

способности сойти с поезда на хоть какой остановке,

а позднее заскочить в другой поезд, последующий в

том же направлении. Потому, когда мы

тормознули в Агре, где находится одно из «домашнем» - страница 10 7

чудес света — Тадж-Махал, разве мог я упустить

возможность побывать в этом именитом

мавзолее семнадцатого века? Миновав

мощные ворота, я увидел вереницу водоемов и

кипарисовую аллейку. По обе стороны от их был

разбит расцветающий сад в персидском стиле. На

далеком «домашнем» - страница 10 конце аллейки, на фоне голубого неба и

реки Ямуны, высился Тадж-Махал. Подойдя

поближе, я стал с восхищением рассматривать

ажурную резьбу по белому мрамору с

инкрустацией самоцветами.

Устроившись в саду, я прочел брошюру об

истории Тадж «домашнем» - страница 10-Махала. Шах, правитель из

династии Величавых Моголов, построил его в честь

покойной супруги, которую очень обожал. Тадж-

Махал думал как ее усыпальница. Он был

завершен в 1653 году. 20 тыщ рабочих и

мастеров строили это величавое

сооружение 20 два года. Легенда «домашнем» - страница 10 говорила,

что, когда мавзолей был готов, самым

профессиональным мастерам отсекли руки, чтоб они

никогда больше не смогли сделать схожий

шедевр, потом власть в королевстве

захватил один из отпрыской шаха. Он бросил отца в

темницу, неких собственных братьев сослал «домашнем» - страница 10, а

других убил. Оторвавшись от брошюры, я

задумался над этой историей. Построив

прекрасные дворцы, крепости, мечети и сам

прекрасные дворцы, крепости, мечети и сам

Тадж-Махал, этот шах потерпел поражение от

собственного отпрыска и остаток жизни провел «домашнем» - страница 10 в

темнице. И пока он мучился в заточении, члены

его семьи убивали друг дружку.

Вот к каким катастрофическим последствиям

приводит неуемная жажда власти.

Красивый цветок любви не может выжить

в сердечко, заросшем сорняками алчности и

своекорыстия «домашнем» - страница 10. Вот почему реальный

монумент любви

— это победа над завистью, похотью и

жадностью в собственном сердечко.

Я продолжил свое путешествие в старый

город Варанаси, который британцы в свое

время переименовали в Бенарес.

Прославленный в священных писаниях Индии под

именованием Каши и «домашнем» - страница 10 почитаемый миллионами индусов

как самый священный из всех городов, он

в особенности дорог тем, кто поклоняется Богу в

виде Шивы. Приехав в Варанаси, я первым

делом направился к Ганге. Над рекой вставало

солнце. Ведущие «домашнем» - страница 10 к воде каменные ступени

древ их гхатов, либо купален, простирались,

как хватало глаз.

10-ки тыщ людей собрались на берегу

для ритуального омовения. Всюду курились

благовония, и их благоуханный дым подымался к

небу. Звенели бронзовые тарелочки и

колокольчики, трубили рожки «домашнем» - страница 10 и ритмично стучали

барабаны. Флейты выводили нежные мелодии, а

струнные инструменты игрались священные раги.

Люди подносили реке большущее огромное количество

цветов и гирлянд. Песни, гимны и мантры

доносились со всех боков и сливались воедино,

возносясь «домашнем» - страница 10 к Богу. В символ почтения к Ганге

дамы были одеты в наряженные сари, а на

мужиках красовались калоритные тюрбаны.

Укрывшись от солнца большенными зонтиками,

торговцы разложили на ступенях гхатов целые

горы цветных порошков — бардовых, желтоватых,

зеленоватых, оранжевых «домашнем» - страница 10 и голубых.

Поклоняющиеся подносили реке благовония

и лампады, дули в раковины, обмахивали ее

опахалами. Стоя по пояс в воде, толпы людей

возносили Ганге молитвы, делали ей подношения

и проводили другие ритуалы. В реке «домашнем» - страница 10 омывались

все — мужчины, дамы и детки, скотины и

буйволы, козы, мортышки и даже слоны. В

нескольких местах безвозмездно раздавали

освященную еду. Торговцы продавали с

тележек различную снедь и религиозную

атрибутику. Это был реальный праздничек —

праздничек преданности и религиозных «домашнем» - страница 10 эмоций.

Заразившись энтузиазмом окружающих, я тоже

сделал утреннее омовение.

От купальни я направился в старый храм

Каши-Вишванатха, расположенный в самом

сердечко Варанаси. Как говорят священные

писания, некогда в этом месте жил Господь Шива

со собственной божественной женой Парвати «домашнем» - страница 10. На

протяжении веков храм был местом

паломничества для святых, царей и обычных

людей. В некий момент популярность храма

привела правителя Моголов в такую ярость,

что он разрушил его до основания и построил на

его месте гигантскую «домашнем» - страница 10 мечеть. К счастью, индусы

успели упрятать божество Шивы и потом

установили его в новеньком храме. С того времени его, как

и до этого, каждый денек посещают 10-ки тыщ

верующих.

верующих.

Прогуливаясь по Варанаси, я вдруг услышал

причитания дам. По «домашнем» - страница 10 узеньким улочкам к реке

двигалась похоронная процессия. Тело

покойного лежало на увенчанных цветами

буковых носилках, которые на плечах несли

его близкие. Если мужчины, идущие следом за

носилками, еще держали себя в руках, то

дамы рыдали «домашнем» - страница 10 навзрыд. Их мучения никого

не могли бросить флегмантичным.

Преисполнившись сострадания, я присоединился к

процессии, чтоб поглядеть, как проходит

ритуал кремации. Ничего схожего мне никогда не

доводилось созидать на Западе. Тут, у

погребального гхата в Варанаси, я увидел

таинство погибели, которое философы «домашнем» - страница 10 неудачно

пробуют понять уже много 1000-летий.

Молясь, чтоб мне хотя бы незначительно

приоткрылась заавесь этой потаенны, я принял

решение, что буду с восхода до заката посиживать

тут, у Маникарника-гхата, и размышлять о

неотвратимости «домашнем» - страница 10 погибели.

Многие индусы считают большой фортуной

умереть в Варанаси им берегу Ганги, так как

тут сам Господь Шива приходит к умирающему

и шепчет ему на ухо имя Рамы — Верховного

Господа, источника нескончаемого блаженства, а это

высвобождает душу из «домашнем» - страница 10 нескончаемой вереницы

рождений и смертей. Вот почему в Варанаси

приезжает много старых паломников, которые

уповают повстречать тут свою погибель.

Устроившись в месте, откуда было отлично

видно, как сжигают мертвое тело, я стал

следить за родными и близкими «домашнем» - страница 10 покойного,

кроме собственной воли оказавшимися лицом к лицу

со гибелью. Когда процессия молящихся и

причитающих пришла к месту кремации, тело

водрузили на бревна, приготовленные для

погребального костра, и под чтение молитв,

мантр и писаний украсили священными

предметами. Старший «домашнем» - страница 10 отпрыск, а может быть,

ближний родственник погибшего, обошел

вокруг тела, окропив его водой из Ганги, а потом

поднес горящий факел к дровам костра.

Кремация мертвого тела символизировала

высвобождение духа, и огнь олицетворял собой

творца «домашнем» - страница 10 Брахму. Стремительно занялся костер, и языки

пламени становились все выше и выше, вознося

к небу клубы темного дыма. После чего

плачущие родственники вознесли прощальную

молитву, омылись в реке и разошлись, а я

остался, пристально следя за последними

мгновениями существования «домашнем» - страница 10 мертвого тела.

Сперва огнь испепелил волосы. Позже

стала морщиться кожа, пылать внутренние

органы и крошиться кости.

равномерно пламя пожрало все тело, и от

него не осталось ничего, к роме горстки пепла.

Потом этот останки был «домашнем» - страница 10 кропотливо собран и опущен

в Гангу — последнее пристанище покойного.

Такой был конец людской жизни. И

происходило это под сладкие звуки песни матери-

Ганги, которая звала назад, в мир нескончаемой

действительности. Периодически в этой песне мне

слышалась мантра Харе «домашнем» - страница 10 Кришна, и я повторял

ее, размышляя о погибели. В какой-то момент тело

каждого из нас будет предано земле либо огню. Но

если тело — настоящий объект любви наших

родных и близких, то для чего они сжигают «домашнем» - страница 10 его?

Нет, не тело обожают люди, а душу. Тело —

всего только временная оболочка души. Без нее

тело подобно автомобилю, из которого

вышел шофер.

Я смотрю на мир очами, ощущаю запахи

при помощи носа «домашнем» - страница 10, чувствую вкус языком, слышу

ушами, осязаю кожей, размышляю при помощи

мозга и люблю сердечком. Но кто этот «я»?

Кто управляет моим телом, являясь

очевидцем всех его поступков и испытывая

от их удовольствие и страдание?

Я пробовал отыскать «домашнем» - страница 10 ответ на этот вопрос,

следя, как один за одним кремировали

трупы и опускали останки в священные воды Ганги.

Когда-нибудь и нас унесет река времени.

Независимо от расы и пола, национальности и

образования, богатства «домашнем» - страница 10 и исповедания —

все мы равны перед лицом погибели.

Ночевал я на речном берегу либо под

деревом, а деньком просил подаяние — как правило это

была пригоршня рисовых хлопьев. Таковой я

выбрал стиль жизни. На здоровье я «домашнем» - страница 10 не

сетовал, если не считать нескольких случаев

заболевания дизентерией. Одежка, которую я

получил в Ришикеше, была как и раньше на мне,

хотя и пришла в негодность. Волосы отросли еще

длиннее. Ноги огрубели и покрылись «домашнем» - страница 10 трещинками

от хождения с босыми ногами по тропическим зарослям и полям,

деревням и городкам. Мои манатки сводились к

древесной чашечке для подаяний, посоху и

полотняной сумке, в какой лежали книжки и

репродукция, приобретенная на последние средства.

Хотя я практически «домашнем» - страница 10 ничего не имел, на сердечко у меня

было просто и отрадно — ведь у меня была цель,

и я в нее свято веровал. Жизнь преподносила мне

новые и новые уроки, и я старался «домашнем» - страница 10 быть

прилежным учеником. Какая-то сила снутри

повсевременно толкала меня вперед. Я шел,

подталкиваемый желанием как можно больше

узреть и как можно большему научиться. Что-то

вдохновляло меня заводить все новые и новые

знакомства и не задерживаться длительно на

одном «домашнем» - страница 10 месте. Что либо, поточнее, кто это был?

Я веровал, что толкает меня вперед Сам Бог,

чье присутствие я повсевременно чувствовал с ранешнего

юношества; тот, кому я молился еще ребенком; тот,

кто был так «домашнем» - страница 10 далековато и совместно с тем так близко;

тот, кого я много раз предавал, став ребенком,

и кого сейчас стремился узнать и полюбить.

В Варанаси я вызнал, что еще есть «домашнем» - страница 10 одно

святое место, связанное с Шивой, —

Пашупатинатх. Мне произнесли, что раз в году там

отмечают необыкновенную ночь, в которую ни одна

молитва, обращенная к Шиве, не остается без

ответа. Меня очень воодушевило как само

благословение, так и «домашнем» - страница 10 перспектива приключения,

которое наверное таило внутри себя дальнейшее

путешествие.

Преодолев на поезде и на попутках практически

четыреста км, я прибыл в равнину

Катманду в Непале, где находится храм

Пашупатинатха. К храму стекались тыщи

паломников, но меня, Как иноземца, в храм «домашнем» - страница 10 не

пустили. Но я сделал таковой длинный путь не

для того, чтоб возвратиться восвояси, так и не

побывав в эту ночь в храме. Во что бы то ни

стало я желал провести ее «домашнем» - страница 10 в молитве о том,

чтоб отыскать собственный путь к божественной любви.

Очень рискуя, я натерся пеплом из священного

костра и, став неузнаваемым, все-же просочился в

храм. Этот случай[5] оказал на меня большущее

воздействие и принудил почти «домашнем» - страница 10 все переосмыслить.

На последующее утро я отправился в

оборотный путь — в Индию. Мне предстояло

сделать более чем триста км на юг от

Пашупатинатха — в Бодх-Гаю, что в штате Бихар,

самое святое место для буддистов всего «домашнем» - страница 10 мира.

Две с половиной тыщи годов назад принц

Сиддхартха Гаутама покинул собственный шикарный

дворец, чтоб обрести освобождение от мук

рождения, старости, заболеваний и погибели. 6

лет он провел как отшельник, подвергая себя

самоистязаниям, постясь, спя на нагой «домашнем» - страница 10 земле и

совершая другие аскезы. Поняв тщетность

собственных попыток, после длительных странствий Гаутама

пришел в Гаю, сел в позу лотоса под деревом

пипал и поклялся не сходить с места, пока не

достигнет просветления. Подобно тому «домашнем» - страница 10 как

бес искушал Иисуса в пустыне, призрачная

энергия, Майя, соблазняла Сиддхартху

различными наслаждениями, но он остался

непоколебим. Под священным деревом пипал в

Бодх-Гае он стал Буддой — Просветленным. С

того времени этому дереву поклоняются как Дереву

Бодхи, либо «домашнем» - страница 10 Дереву Просветления.

Под Деревом Бодхи я изучал книжки об учении

Господа Будды и с чувством благодарности

медитировал от восхода до заката. Сидя под

Деревом Бодхи, я ощущал, как мощнейший поток

энергии уносит меня за границы тела и мозга

далековато в «домашнем» - страница 10 космос.

В 1960-е годы дзен-буддизм стал очень

популярен на Западе благодаря таким создателям,

как Тейтаро Судзуки и Алан Уоттс. Я был знаком

с некими их трудами, и мне нравилась

простота и прямолинейность этого «домашнем» - страница 10 учения. Я очень

обрадовался, когда вызнал, что в это время в

Бодх-Гае находится учитель дзен-буддизма из

Стране восходящего солнца, и решил пользоваться этой

возможностью и слушать его лекции. В

комнате для медитации, нетерпеливо «домашнем» - страница 10 дожидаясь

первой встречи с учителем, собралось человек

пятнадцать, Половина из их были индусы, а

половина — америкосы и европейцы. Раздался

звук колокольчика, и в комнату вошел почетный

японец в развевающихся темных одеждах.

Голова его была гладко выбрита, а в руке он

держал «домашнем» - страница 10 буковую палку. Учитель нерасторопно

сел на пол и распрямил спину. Он начал гласить,

и в этот миг солнечный луч высветил его

импозантную фигуру: «Я буду вашим учителем.

Ваш учитель обучит вас изначальной «домашнем» - страница 10 практике

дзен, которая передавалась из поколения в

поколение». Его ритмичная речь оказывала на

слушателей гипнотическое действие. «Корень

всех страданий кроется в желаниях, — стал

разъяснять он. — А желание появляется из-за

привязанности разума к эмоциям. Свобода

состоит в том, чтоб опустошить «домашнем» - страница 10 разум, прогнать

из него все мысли. Избавиться от мыслей, либо

одолеть собственный разум, — означает обрести сатори,

освобождение». Глаза учителя были плотно

закрыты, и он сконцентрированно разъяснял, что

дзен — это конкретное постижение

смысла жизни, не обремененное «домашнем» - страница 10 логикой и

философскими поисками правды, которые только

отвлекают от медитации. «Каждый из вас —

Будда, — произнес он, — но вы должны открыть эту

Правду сами. Все живы существа являются

Буддами, так же как лед есть не что другое, как

вода «домашнем» - страница 10». Потом он процитировал известного

толкователя дзен-буддизма: «Великий Тейтаро

Судзуки писал, Что практика дзен — это жизнь,

Судзуки писал, Что практика дзен — это жизнь,

исполненная смирения и труда, служения и

молитвы, благодарности и медитации».

Потом он «домашнем» - страница 10 стал говорить о собственной

методике обучения: «Ваш учитель будет строг с

вами. Вы должны повиноваться каждому его

слову и всегда хранить молчание. Согласны?»

Все закивали. Дальше учитель стал разъяснять

правила поведения: «Вы должны игнорировать

потребности эмоций «домашнем» - страница 10: никакого секса, никаких

наркотиков, никаких азартных игр и никакой

музыки. Вы будете есть, только Когда вам

разрешит учитель, и только то, что он даст вам».

Новенькие поморщились от этих слов, но старшие

ученики приободрили их. Японец продолжил:

«Ваш «домашнем» - страница 10 учитель будет учить вас при помощи

коанов — притч-загадок, которые высвободят вас

от кандалов оптимального мышления. Ваш учитель

обучит вас кинхину — медитации во время

ходьбы, и дзадзэну — медитации в положении

сидя. Каждый денек у нас будет три групповых

занятия «домашнем» - страница 10 дзадзэном продолжительностью один-два

часа. Вам необходимо будет посиживать полностью

бездвижно. За мельчайшее движение учитель

будет наказывать вас ударом буковой

палки».

Потом учитель, положив руки на колени,

показал нам технику освобождения разума от «домашнем» - страница 10 всех

мыслей. Для этого необходимо было сесть и

сосредоточиться на полосы, образованной

скрещением пола и стенки, не обращая

внимания ни на что другое. «Когда учитель

позвонит в колокольчик, вы начнете

медитировать и закончите только по второму

звонку».

На первом же вечернем «домашнем» - страница 10 занятии у меня

затекло плечо, и я немного пошевелил им. И здесь же

на мое плечо обвалился удар буковой палки.

Это был 1-ый и последний раз, когда я

шевелился но время медитации. Хоть какого, кто

нарушал «домашнем» - страница 10 это правило, тотчас настигало

наказание. А так как от долгого сиденья у

многих начинали ныть руки и ноги, да к тому же не

давали покоя комары, звуки удара палки по телу

раздавались часто. В конце «домашнем» - страница 10 концов, учитель

позвонил в колокольчик, и наша пытка

закончилась.

Все ученики согласились обрить голову —

все, не считая меня. В отличие от других, я не

собирался предназначить свою жизнь практике

буддизма. Мне недоставало для этого решимости

и убежденное! Пройдя двухнедельный «домашнем» - страница 10 курс, я

поблагодарил учителя и продолжил свои поиски.

Я считал, что упорядоченный стиль жизни,

которого добивался от нас учитель, и

неизменные занятия медитацией принесли мне

определенную пользу. Но что-то в этой

практике меня настораживало «домашнем» - страница 10, хотя я и не мог

осознать, что конкретно.

Через некоторое количество дней, окончив медитацию

под деревом Бодхи, я повстречал молоденькую

южноамериканскую чету: 2-ух верных последователей

японского учителя. Когда я поинтересовался, как

у их дела, дама внезапно расплакалась.

«Ты «домашнем» - страница 10 не поверишь, ч т о вышло в ашраме

после того, как ты ушел оттуда», — произнесла она.

«И что все-таки там случилось?» — настороженно

спросил я, сидя под деревом Бодхи.

Тяжело вздохнув, дама присела рядом «домашнем» - страница 10 и

начала собственный рассказ.

«Поздно ночкой Джонатан пошел на улицу в

туалет. Случаем он увидел одну очень

необычную вещь, — она сделала паузу, чтоб

справиться с собой, и стала тереть глаза. — Ты

помнишь Пэм, южноамериканскую «домашнем» - страница 10 последовательницу

учителя?»

Я кивнул.

«Так вот, она вошла в покои учителя, а

вышла оттуда только несколько часов спустя и

смотрелась очень испуганной. Несколько

следующих ночей Джонатан провел в

банановых зарослях, следя оттуда за комнатой

учителя. К его кошмару, каждую ночь повторялось

то «домашнем» - страница 10 же самое. Когда я выяснила об этом, то решила

побеседовать с Пэм начистоту, и та во всем

созналась. Учитель вступал с ней в любовную

связь каждую ночь».

Дама стала всхлипывать в носовой

платок, а «домашнем» - страница 10 позже поглядела на меня: «Он кинул

нас».

От услышанного у меня похолодело снутри.

Моя знакомая продолжила собственный рассказ,

описав, как они решили проверить учителя,

подсыпав ему в чай ЛСД. Под воздействием

наркотика он «домашнем» - страница 10 показал себя во всей красоте. «Ты не

поверишь, что он гласил! Он стал превозносить

поверишь, что он гласил! Он стал превозносить

себя на все лады!» Понизив глас, она стала

трясти пальцем у меня перед носом, пародируя

учителя: "Вы «домашнем» - страница 10 должны повиноваться мне и только

мне! Я достигнул просветления. Все другие —

обманщики. Хоть какой, кто усомнится в моих словах

либо поступках, обречен".

И в окончание рассказа моя знакомая

призналась, что от учители ушли все его ученики.

Мне «домашнем» - страница 10 было больно услышать о том, что

случилось с одним из моих учителей.

Попрощавшись с южноамериканскими знакомыми, и

попробовал разобраться в происшедшем. Учитель

дзен был очень строг к ученикам, но, как

выяснилось, не к для себя «домашнем» - страница 10 самому. Он исказил

древнейшую традицию и бросил тень на тех, кто учил

ей и от всей души следовал. Как это ни прискорбно,

но ни одна религия мира не избежала таковой

участи — ханжы и притворщики «домашнем» - страница 10 были всюду.

Безответственный духовный учитель

способен разбить сердца собственных

последователей и подорвать их веру, после

чего они будут с подозрением относиться

даже к реальным учителям правды. Какую

боль причинило лицемерие учителя дзен тем,

кто доверял ему, и какой «домашнем» - страница 10 вред нанесло это

ему самому! Нет ничего важнее, чем хранить

верность своим эталонам и самому следовать

тому, что проповедуешь.

В красочных округах Бодх-Гаи

размещались бессчетные храмы,

построенные буддистами из различных государств Азии.

Я посещал «домашнем» - страница 10 их один за одним, и в

умиротворяющей обстановке бирманского

вихара (храма) познакомился с учителем Но

имени Сатья Нараяна Гоэнка. Этот учитель из

Бирмы уже более года жил тут и учил всех

желающих старой технике медитации. Он

пригласил меня на десятидневные «домашнем» - страница 10 курсы,

которые начинались на последующий денек.

Привлекшись его искренностью, и присоединился

к группе из 10-ка его учеников. Гоэнкаджи, как

мы называли его, хлопотал о нас, как будто

родной отец. Его немного тронутые сединой

волосы были разбиты «домашнем» - страница 10 осторожным пробором,

а чисто выбритое лицо источало спокойствие.

Одет он был в длинноватую, до лодыжек, голубую

клетчатую лунги (кусочек ткани, обернутый вокруг

талии) и белоснежную рубаху на пуговицах.

Сидя на полу со «домашнем» - страница 10 скрещенными ногами,

Гоэнкаджи стал говорить нам о для себя.

Родился он в 1924 году в семье индийцев,

которые переселились в Бирму и имели там собственный

бизнес. Невзирая на достояние и положение в

обществе, Гоэнкаджи «домашнем» - страница 10 не был счастлив. Особенные

мучения ему доставляли постоянные мигрени и

беспокойства. «В 1955 году я познакомился со

своим досточтимым учителем Саяджу У Ба

Кхином, — произнес Гоэнкаджи. — Эта встреча

перевернула мою жизнь, и следующие

14-ти лет я обучался под его

управлением. Традиция, которую «домашнем» - страница 10 он

представляет, всходит к самому Будде. Учение

Будды не было сектантским. Он проповедовал

дхамму, либо дхарму, — путь к освобождению».

Гоэнка растолковал, что випассана («созерцание

вещей в настоящем свете») — это одна из

древних техник медитации в Индии. «Гаутама

Будда открыл «домашнем» - страница 10 ее поновой более 2-ух с половиной

тыщ годов назад и учил ей как универсальному

средство от всех проблем». Гоэнкаджи

вспоминал о собственном учителе с большой

благодарностью: «Хотя У Ба Кхин был семейным

человеком, а «домашнем» - страница 10 не монахом, он в совершенстве

освоил випассану сам и учил ей других.

Так как его мечтой было возвращение

випассан на ее родину, в Индию, он благословил

меня на эту миссию».

Гоэнкаджи был очень добросовестным и

приличным человеком «домашнем» - страница 10, которому можно было

довериться без оглядки. Его учение было

обычным и действующим. Три раза в денек мы

проводили групповую медитацию, а по вечерам

Гоэнкаджи читал лекции. «С помощью этой

медитации, — гласил он, — вы научитесь

созидать жизнь снутри и вне себя «домашнем» - страница 10. Вы будете

следить ее отстраненно, освободившись от

представлений об наслаждении и боли, победе и

поражении, счастье и горе. Таким макаром, ваш

мозг будет достигать все более и поболее тонких

состояний умиротворения, а из умиротворения

родится сострадание».

Каждое «домашнем» - страница 10 утро я наедине дискутировал с

Гоэнкаджи, и мы очень сблизились с ним. Он

проявлял искреннюю заботу о каждом из нас,

собственных учеников, ничего не требуя взамен.

Благодаря его духовной силе и уверенности

наша малая группа «домашнем» - страница 10 чувствовала себя очень

защищенной. Когда курсы закончились,

Гоэнкаджи пригласил меня на новый цикл

обучения, который был запланирован в Бомбее,

и мы условились с ним повстречаться там.

Некоторое количество дней я от восхода и «домашнем» - страница 10 до заката

занимался випассаной под священным Деревом

Бодхи, а позже шел в храм и молился золотой

статуе Будды, прося благословений.

Из Бодх-Гаи я отправился на северо-запад,

в Сарнатх, где в «Парке оленей» Будда начал

свою проповедническую «домашнем» - страница 10 цель. Там я изучал

клятву Бодхисаттвы. Человек, приносящий ту

клятву, следуя по стопам Будды, жертвует собственной

жизнью ради спасения всех живых созданий от

страданий, вызванных иллюзией. Размышляя над

этим качеством, я решил отправиться из

Сарнатха в Калькутту, чтоб «домашнем» - страница 10 попросить

благословение у святой, о бескорыстии которой

настолько не мало слышал, — Мамы Терезы.

Сойдя с поезда на вокзале Ховра в

Калькутте, я с трудом пробрался через массу и

Калькутте, я с трудом пробрался через «домашнем» - страница 10 массу и

направился на сберегал Ганги, к Кали-гхату. Было

преждевременное утро. Подойдя к храму Кали — богини,

олицетворяющей сочувствие Господа Шивы и

уничтожающей зло, — я увидел у входа огромную

очередь. В лавках у храма продавались

изображения «домашнем» - страница 10 Кали, на которых она стояла,

высунув длиннющий язык и держа в руке клинок.

Торговцы звучно выкрикивали: «Джаба мала!»

— предлагая приобрести гирлянды из кроваво-

бардовых цветов гибискуса, которые, как принято

считать, в особенности нравятся богине. Эти «домашнем» - страница 10 цветочки в

форме колокола имеют 5 лепестков и

длиннющий, испещренный тычинками пестик,

свисающий из центра цветка наподобие языка

Кали. В гулких лавках были выставлены горы

благовоний и бижутерии. Торговцы наперерыв

зазывали покупателей, напористо предлагая им

приобрести молочные сладости «домашнем» - страница 10, цветочки, кокосовые

орешки и красноватый порошок киновари для

подношения богине в храме. Это было целое

столпотворение паломников, лавочников и нищих.

Из динамиков раздавались громкие звуки

музыки. У входа в храм рядами посиживали

прокаженные, калеки и вдовы. Они тянули «домашнем» - страница 10 к

прохожим руки, выпрашивая милостыню. Я желал

как-то облегчить мучения этих людей, но

мне нечего было предложить им, не считая

извиняющейся ухмылки и молитвы. Через ворота

храма в обе стороны тек бесконечный человеческой

поток. Паломники толкались «домашнем» - страница 10 и о кое-чем

переговаривались вместе. Я вошел вовнутрь

и сообразил, что совсем не готов к зрелищу,

которое раскрылось моему взгляду.

Напротив богини стояло несколько

жертвенных алтарей, забрызганных кровью.

Отчаянно блеял подвешенный за ноги темный

козел, голова которого «домашнем» - страница 10 была зажата меж

окровавленными кольями. Оголенный по пояс

жрец прочел мантры, замахнулся огромным

кривым ножиком с широким клинком и одним

ударом отсек злосчастному животному голову. Из

козлиной шейки хлынула кровь. Мертвенная

голова, смотря на мир невидящими очами «домашнем» - страница 10, со

наизловещим стуком свалилась на пол. В тот же миг

служители схватили туловище и понесли его на

кухню, чтоб приготовить пищу для раздачи

бедным.

Борясь с приступом тошноты и пытаясь

осмыслить увиденное, я ринулся на сберегал

Ганги. Как «домашнем» - страница 10 отличается это кровавое зрелище

от всего, что я лицезрел, живя посреди

умиротворенных мудрецов, — задумывался я, — но

ведь мудрецы тоже являются

последователями индуизма. Это явное

противоречие поставило меня в тупик. На берегу

я повстречал старого садху, который читал книжку «домашнем» - страница 10,

облокотившись о хлебное дерево. Я поделился с

садху своими сомнениями и вот что он ответил

мне: «Когда-то я тоже был жрецом в одном

таком храме. Жертвенным клинком я отрубил

головы величавому огромному количеству животных «домашнем» - страница 10. Но в

некий момент меня стал истязать ночами один

и тот же кошмар».

«Что же Вам снилось?» — спросил я.

«Мне стали являться во сне убитые мною

козлы. Поначалу они жалобно блеяли, а позже,

смотря на меня «домашнем» - страница 10 полными ненависти очами,

принимались бодать меня рогами и рвать зубами

мое тела на кусочки. В конце возникал

страшный жрец с телом человека и козлиной

головой. Он клал мою голову на алтарь и отрубал

ее «домашнем» - страница 10 моим же топором для разделки мяса».

Захлопнув книжку, старик откинулся вспять,

прислоняясь к дереву. «Я больше не мог

выносить этого и, оставив обязанности жреца,

стал вести жизнь садху». Я слушал старика с

обширно раскрытыми очами. «В хоть «домашнем» - страница 10 какой религии,

произнес он, — верующие истолковывают

священные писания по-своему и следуют тем либо

другим духовным практикам в согласовании со

своим осознанием. Для стремящихся к

верхушкам духовного познания предназначен способ

медитации и бескорыстного служения Богу. Тем,

кто «домашнем» - страница 10 стремится к более утонченным

вещественным удовольствиям и искуплению

грехов, рекомендовано взращивать внутри себя

благочестие. А для тех, кто желает исполнить свои

вещественные желания, существует целый

арсенал способов, включая жертвоприношения,

одно из которых ты следил. Говорится, что

Веды «домашнем» - страница 10 подобны древу желаний — в их можно

отыскать путь к достижению хоть какой цели. Богиня

Кали — это всемилостивое олицетворение

вещественной природы. Различные люди

поклоняются ей по-разному, но, что бы ни

поклоняются ей по-разному, но, что бы «домашнем» - страница 10 ни

происходило в ее храмах, сама Кали воспринимает

только вегетарианскую пищу».

Я посиживал и смотрел на плавненько текущую

передо мной реку.

На Западе, задумывался я, тоже забивают

миллионы животных, но делают это так, чтоб

никто не лицезрел «домашнем» - страница 10 А тут любители мяса, по

последней мере, имеют возможность поглядеть,

откуда оно берется и какую стоимость платят

невинные животные за диетические пристрастия

людей.

Ранее денька я считал, что чем больше

различных религиозных путей я изучу, тем обширнее

станет «домашнем» - страница 10 мое осознание духовности. Но

нынешнее происшествие показало, что без

опытнейшего проводника сам я не смогу разрешить

кажущиеся противоречия в различных религиозных

традициях и только еще более запутаюсь.

Я шел по гулким улицам Калькутты, и

сердечко мое «домашнем» - страница 10 трепетало в предчувствии нового

поворота в моей судьбе. Мимо с ревом

проносились грузовики. Водители легковых

автомобилей безпрерывно сигналили друг дружке,

не хотя уступать дорогу. Скрип велосипедов

сливался с гулом мотороллеров — количество

на дороге и тех и «домашнем» - страница 10 других исчислялось сотками.

Босые рикши, обливаясь позже, везли целые

семьи. Фыркали волы, запряженные в

перегруженные повозки. Всюду разгуливали

собаки и скотины, буйволы и овцы, и меж ними

сновали спешащие по своим делам пешеходы.

В конце «домашнем» - страница 10 концов я добрался до дамского

монастыря, где служила Мама Тереза.

Монастырь представлял собой невзрачное

одноэтажное здание. У дверей меня со умеренной

ухмылкой встретила церковная монахиня:

«Орден Милосердия приветствует Вас. Чем могу

Вам служить?»

Уважительно сложив ладошки «домашнем» - страница 10, я попросил:

«Могу ли я узреть Мама Терезу?»

«Идите за мной. Я узнаю, воспримет ли она

Вас».

Монахиня отвела меня в ординарную часовню:

«Это наша молитвенная комната. Тут мы

вкупе с матушкой проводим богослужения». Я

преклонил «домашнем» - страница 10 колени и прочел молитву. Когда я

поднялся, монахиня повела меня из часовни по

коридору. Вдруг она тормознула у открытой

двери со словами: «А вот и матушка! Она на данный момент

занята по хозяйству».

Заглянув в меркло «домашнем» - страница 10 освещенную комнату, я

увидел Мама Терезу, которая скребла большой

закопченный котел. Эта картина тронула меня до

глубины души.

«Матушка, — обратилась к ней моя

провожатая, — это Ричард, садху из Америки. Он

желает побеседовать с Вами».

Мама Тереза приветствовала меня

сложенными ладонями «домашнем» - страница 10: «Вы позволите мне

до этого окончить мое служение? Простите

благородно, что заставляю Вас ждать».

«Конечно, матушка», — ответил я.

Монахиня отвела меня в маленькую

комнатку и предложила подождать, пока Мама

Тереза домоет котлы. Через пару минут «домашнем» - страница 10 та

вошла в комнату и села на стул около меня.

Невзирая на преклонный возраст и хрупкое

телосложение, в ней чувствовалась несгибаемая

сила духа. Жизнь, полная лишений, оставила

глубочайшие морщины на ее лице, но при всем «домашнем» - страница 10 этом глаза

ее были чисты и невинны как у малыша.

Невзирая на занятость, она отыскала время

побеседовать с таким малозначительным

гостем, как я. Ее глас звучал негромко, но

слова шли от самого сердца: «Самая большая

неувязка в мире «домашнем» - страница 10 — это голод. Не голод плоти, а

голод сердца. От него мучаются все — и бедные,

и богатые. Они все одиноки и все жаждут любви».

Взор ее пронзительных глаз отворил мое

сердечко, и слова проникали «домашнем» - страница 10 в самую глубину

моего сознания.

«Только любовь Бога может утолить голод

сердца. Другого метода не существует.

Накормить голодных совершенно несложно, — она

сделала жест, вроде бы перечеркивая все свои

награды на этом поприще. — Еще труднее

наполнить изголодавшиеся сердца людей

любовью к «домашнем» - страница 10 Богу. Сложность состоит в том,

что дать эту любовь другим способен только тот,

кто сам чист сердцем».

Мама Тереза без остатка предназначила себя

делу Иисуса Христа. Ее преданность была

глубочайшей, как океан, и «домашнем» - страница 10 каждое слово, слетавшее с

ее уст было подобно волне в океане ее

преданности.

Она продолжала: «Бедность — это не только лишь

нехватка одежки, это к тому же нехватка

людского плюсы и чистоты.

Реальная бедность царствует «домашнем» - страница 10 там, где люди

утратили почтение друг к другу». Прижав руки к

сердечку, она вздохнула: «Когда нищие из

Калькутты погибают у меня на руках, я вижу в их

очах луч надежды. Но я не вижу этой надежды в

очах «домашнем» - страница 10 многих богатых и влиятельных обитателей

Запада. Настоящее достояние можно отыскать только

в сердцах тех, кто верует, что Бог любит нас. И

мир отчаянно нуждается в том, кто способен

поделиться этим богатством и дать надежду

людям, нищим сердцем «домашнем» - страница 10».

В это время в комнату вошли другие

гости. Одна англичанка, недоумевая,

спросила Мама Терезу: «Почему Вы сами моете

Котлы? Неуж-то никто другой не может этого

сделать?»

Мама Тереза нежно посмотрела на даму:

«Служение Богу и «домашнем» - страница 10 населению земли — это

преимущество, а не повинность. Хоть какое служение

Богу — это благословение. Не бывает знатного

либо презренного служения».

либо презренного служения».

«Но матушка, — вступил в разговор супруг этой

дамы, — откуда Вы берете на все это силы «домашнем» - страница 10?»

Мама Тереза показала свои четки. Потом она

произнесла слова, которые я уже не раз слышал

от святых людей самых различных религиозных

традиций: «Я черпаю силу в Святом Имени

Бога».

Она оборотилась ко мне и «домашнем» - страница 10 произнесла:

«Смиренного не могут задеть ни хула, ни

похвала, так как кроткий знает, кто он на

самом деле. Бог лицезреет все. Никогда не впадай в

угнетение из-за постигшей тебя беды, если ты

знаешь, что сделал «домашнем» - страница 10 все что мог». Слова ее

откликались в моем сердечко.

Уже собираясь уходить, англичанка

поблагодарила Мама Терезу за все, что та

делает. «Все делает Бог, — сделала возражение Мама

Тереза, — а я всего только ничтожное орудие в

Его руках». Потом «домашнем» - страница 10 она извинилась и произнесла, что

ей нужно домыть котлы.

Мама Тереза родилась в 1910 году в

Македонии в семье албанцев. В семнадцать лет

она вступила в монашеский орден, и скоро ее

направили в школу Святой Марии в «домашнем» - страница 10 Калькутте в

качестве педагога. Потом она

стала директором школы. В 1948 году и ее жизни

вышло принципиальное событие: она отыскала свое

призвание, начав служить нищим в трущобах

Калькутты. В 1950 году всего с двенадцатью

помощницами Мама Тереза основала

монашескую конгрегацию «домашнем» - страница 10 «Сестры Миссионерки

Любви». В следующие годы ее

самоотверженное служение завлекло тыщи

человек, желающих посодействовать ей в осуществлении

миссии Бога.

Я попросил монахиню проводить меня в

приют для нездоровых и умирающих. Ощущая себя

неспособным как-то посодействовать им «домашнем» - страница 10, я взялся за

самое обычное служение — подмел пол и разнес

посуду. Скоро в приют пришла Мама Тереза. Ее

присутствие заполнило эту темную обитель

мучения и погибели светом радости и надежды.

Взяв за руку даму, измученную заболеванием, она

лаского улыбнулась ей «домашнем» - страница 10. Дама сходу

преобразилась. Глаза ее засияли от радости, и

она улыбнулась в ответ.

Потом матушка стала ходить от одной

кровати к другой, при этом было видно, что делает

она это не из чувства долга, а «домашнем» - страница 10 из искренней

любви. На одной кровати лежал очень

истощенный мужик. Он харкал кровью, и было

видно, что жить ему осталось недолго. Когда

Мама Тереза погладила его по голове, он

поглядел на нее так, как будто «домашнем» - страница 10 она была ангелом,

спустившимся к нему с небес в час величайшей

нужды. Повернув голову, он улыбнулся ей. «Бог

любит тебя, — негромко произнесла Тереза. —

Вспоминай о Нем с благодарностью». Отыскала она

слова утешения и для умирающей дамы,

которую «домашнем» - страница 10 бросили все ее родные и близкие: «Если

ты вправду хочешь полюбить Бога, ты

должна научиться прощать» Было видно, как

несколько обычных слов сняли бремя, лежавшее

на сердечко этой дамы. Любовь, которую Мама

Тереза испытывала к Богу «домашнем» - страница 10, распространялась и

на все Его чада. В присущей ей умеренной и

беспритязательной манере она даровала волшебство

надежды всем, с кем соприкасалась. К каждому,

будь то индус, мусульманин, иудей либо

христианин, она относилась с схожей любо

вью и нежностью «домашнем» - страница 10. В некий момент она

оборотилась ко мне и произнесла: «Я вижу собственного

возлюбленного Иисуса в каждой из этих

страждущих душ. И Господь милостиво

воспринимает мою любовь через них».

«Матушка, — неуверенно произнес я, — они лицезреют «домашнем» - страница 10,

как через Вас проявляется любовь Иисуса».

Мама Тереза обширно улыбнулась в ответ:

«Что это, как не волшебство божественной любви?»

8

Из Калькутты я отправился в долгое

путешествие на поезде через весь индийский

субконтинент и через два с «домашнем» - страница 10 половиной денька

прибыл в Бомбей, чтоб пройти у Гоэнкаджи еще

один курс медитации. В поезде я медитировал на

картину с красивым флейтистом, которую

всюду возил с собой. Мое не поддающееся объяснению

желание к нему росло «домашнем» - страница 10 денек ото денька. Я задумывался:

«Когда же мне раскроется, кто это таковой?»

Занимаясь у Гоэнкаджи в Бомбее, я опять

поразился тому, с какой самоотдачей подходит

он к преподаванию. Когда ученики лицезреют, что

учитель вносит в уроки «домашнем» - страница 10 все свое сердечко, у

их естественным образом тоже появляется

желание полностью предназначить себя учебе.

К тому моменту как закончился

десятидневный учебный курс медитации,

желание размять ноги и развеяться стало

неодолимым Потому я решил дольше

погулять по городку. Несколько «домашнем» - страница 10 часов я брел куда

глаза глядят и в конце концов оказался на каком-

глаза глядят и в конце концов оказался на каком-

то оживленном перекрестке. Дожидаясь

зеленоватого света, я стал оглядываться по

сторонам. Мимо, сигналя «домашнем» - страница 10, ехали авто. В

бесконечном потоке людей, огибавшем меня,

как будто река, мерцали служащие в костюмчиках и

галстуках с ранцами в руках, беспризорники в

лохмотьях и побирушки, дамы в ярчайших сари,

уличные торговцы со своим «домашнем» - страница 10 продуктом и старые

мужчины, одетые в классические одежки в

стиле Ганди. Одни прохожие были смуглы, другие

— с легким загаром, а на коже третьих показывались

пятна белоснежной проказы[6]. В массе пешеходов я

увидел несколько туристов и туристок

евро вида «домашнем» - страница 10 в джинсах и мини-юбках.

Современные высотные строения у меня за

спиной соседствовали с хижинами и коттеджами

в викторианском стиле. В ясном небе светило

солнце, и, когда я перевел взор наверх, мое

внимание привлек большой маркетинговый щит «домашнем» - страница 10, на

котором большими красноватыми знаками

сообщалось о проведении духовного фестиваля

на Кросс-Майдане.

Кросс-Майдан — это большой парк в центре

Бомбея. Среди парка высился огромный

шатер, так именуемый пандал. Войдя в него, я

очутился в мире красок. На стенках «домашнем» - страница 10 пандала,

изготовленных из красноватой, зеленоватой и желтоватой ткани,

висели репродукции индийских картин. От

курившихся всюду благовоний подымалиь

клубы благоуханного дыма. Подойдя к длинноватому

столу, я стал рассматривать разложенные на

нем книжки, и вдруг мой «домашнем» - страница 10 взор тормознул на

какой-то из них. Сердечко мое заколотилось: на

обложке был изображен красивый парень с

кожей голубого цвета. В руках он держал флейту.

Я зачарованно шепнул: «Это он». Это

вправду он, — поразмыслил я. Через всю

Индию я «домашнем» - страница 10 пронес картину с ним, не зная, кто на ней

изображен. И сейчас ее герой опять стал

перед моим взглядом.

Заглавие книжки колоритными красноватыми знаками

гласило само за себя: «Кришна, Верховная

Личность Бога». «Кришна! Его зовут «домашнем» - страница 10 Кришна!» —

вырвался у меня негромкий возглас. Так

нашелся ответ на вопрос, который издавна не

давал мне покоя. Желая больше выяснить о

Кришне, я попросил поглядеть эту книжку. За

столом стоял облаченный в белоснежные одежки

бритоголовый монах европейской наружности «домашнем» - страница 10.

Моя просьба застала его врасплох. «Ты

говоришь по-английски?» — удивленно спросил

он.

«Я американец», — ответил я и нетерпеливо

протянул руку за книжкой.

«Неужели? Разве ты не индус? Ты,

наверняка, шиваит?» — спросил монах и «домашнем» - страница 10 отдал мне

книжку.«Я сам не знаю, кто я, но я вправду

жил с шиваитами».

«Меня зовут Тушта, — представился монах.

— В этой книжке есть глава об отношениях Шивы и

Кришны. Я думаю, для тебя это «домашнем» - страница 10 будет интересно».

Для меня оказалось неожиданностью, что во

мне не признали янки. Я уже издавна не

смотрелся в зеркало, и поэтому даже не

додумывался, что коричневые глаза, сильный загар,

длинноватые, перепутанные полосы и застиранные в

реках одежки «домашнем» - страница 10 делают меня схожим на самого

реального отшельника-индуса.

Прижав книжку к сердечку, я отыскал скрытое

местечко и, как будто томимый жаждой путешественник,

который отыскал оазис с холодной водой,

опустился в чтение книжки «домашнем» - страница 10 «Кришна». Начиналась

она такими словами:

«В странах Запада всякий, кто увидит

обложку книжки "Кришна", здесь же спросит:

„Кто таковой Кришна? “»

Дальше в книжке говорилось, что Кришна — это

Верховный Господь и Его имя значит

«всепривлекающий».

«Кришна — Бог «домашнем» - страница 10, так как Он

завлекает всех. Того, кто не является

всепривлекающим, нельзя именовать Богом».

Пока я читал, на сцену вышла юная

американка в желтоватом сари. Она села и стала

петь прекрасные религиозные песни. Ее звали, как

я вызнал позднее «домашнем» - страница 10, Ямуна Деви.

Читая книжку «Кришна» под звуки ее

будоражащего душу пения. Я ощущал, как

меня переполняют неизвестные доныне чувства

К вечеру в пандале собралось более

20 5 тыщ человек. Мне очень

хотелось слушать лекцию, потому я возвратил

книжку и сел «домашнем» - страница 10 сзади всех, в самом, далеком уголке

пандала. На сцене пели и плясали два 10-ка

западных последователей этого учения —

мужчины с обритыми головами в обычных

одеждах садху и дамы и наряженных сари.

Большая масса с нетерпением ожидала «домашнем» - страница 10 выхода

гуру. Ко всеобщему ублажению он скоро

появился на сцене.

Это был величавый мужик с обритой

головой. На нем были одежки шафранового

цвета, и казалось, что от него исходит сияние. Он

не шел, а плыл, как лебедь, и «домашнем» - страница 10 в его жестах

чувствовалась царственная уверенность. При

этом в манерах его читались скромность и

смирение, как если б он лицезрел Бога всюду,

куда ни бросит взор.

Поприветствовав аудиторию сложенными

вкупе ладонями, он сел «домашнем» - страница 10 на приготовленное для

него кресло. Мне из далекого конца пандала

было практически не видно его. С одной стороны, я

очень желал облиться ближе к сцене, но, с

другой, мне было неудобно взять и сесть прямо

перед кем-то. По «домашнем» - страница 10 сцене взад и вперед прогуливался

некий человек и делал снимки фотоаппаратом.

Гуру подозвал его и что-то произнес ему на ухо.

Ученик оборотился к большой массе и начал

внимательно всматриваться в нее, пока не

нашел подходящего «домашнем» - страница 10 ему человека. Он стал подавать

ему знаки, приглашая на сцену, но никто так и не

вышел, потому он сам спустился и стал

пробираться через десятитысячную массу

сидевших на земле людей. К моему немалому

изумлению, этот человек «домашнем» - страница 10, пройдя через весь

пандал, подошел прямо ко мне. С хладнокровной

ухмылкой он обратился ко мне: «Шрила

Прабхупада желает, чтоб ты посиживал рядом с ним

на сцене».

Удивленный, я пробормотал: «Откуда он

меня знает?»

Заместо ответа «домашнем» - страница 10 человек просто взял меня за

руку и повел за собой через массу на сцену. Там

он подвел меня к гуру, безбрежная ухмылка

которого заполнила мое сердечко радостью. Не

знаю почему, но мне показалось, что я знаком со

Шрилой Прабхупадой уже «домашнем» - страница 10 издавна. Он посиживал,

скрестив ноги и выпрямив спину. Его монашеские

одежки из ткани шафранового цвета лежали

осторожными складками. Жестом он разлюбезно

пригласил меня размещаться рядом. Я сел на

застеленную ковром сцену и с благоговением

воззрился на «домашнем» - страница 10 Шрилу Прабхупаду. В ответ он

бросил на меня мимолетный взор собственных

огромных и хороших глаз, который просочился мне в

самую душу. Его кожа отливала бронзой, нос был

широким и круглым, а мочки ушей — большенными «домашнем» - страница 10,

как у Будды. На висках его не так давно обритой

головы показывались недлинные седоватые волосы, а лоб

декорировали две вертикальные полосы из желтоватой

глины, указывающие на принадлежность к

традиции бхакти-йоги. По обе стороны от носа

пролегали глубочайшие складки «домашнем» - страница 10, достигающие

уголков больших, выпуклых губ.

Его последователи в незапятнанных и чистоплотных

одеждах самозабвенно плясали и пели, и я,

смотря на их, вспомнил о том, как неприглядно

смотрится моя одежка, дырявая и потемневшая

от речного «домашнем» - страница 10 ила. У парней, танцевавших на сцене,

были кропотливо выбритые лица и головы, а я

даже не мог вспомнить, когда последний раз

брился, не говоря уже о том, чтоб стричь либо

расчесывать волосы. После каждодневных

омовений в реках и «домашнем» - страница 10 илистых озерах я, по

омовений в реках и илистых озерах я, по

сопоставлению с ними, наверняка, смотрелся

реальным грязнулей. Всегда, пока они с

ликованием пели и плясали, я посиживал молчком.

Привыкнув жить в безлюдных лесах «домашнем» - страница 10, я

внезапно себе оказался на сцене, под

взорами 10-ов тыщ человек. Я

ощутил себя не в собственной тарелке и

смутился так, что готов был тихо встать и

уйти, но здесь Шрила Прабхупада одарил меня

таковой ободряющей и полной «домашнем» - страница 10 любви ухмылкой, что

я сходу ощутил себя как дома. Почему он

пригласил меня сесть рядом? Конкретно меня из

всех присутствующих?

Пока я разламывал голову над этой загадкой,

Шрила Прабхупада взял мелкие латунные

тарелочки и стал отбивать «домашнем» - страница 10 на их ритм, роскошно

двигая пальцами. Покачиваясь в такт музыке, он

низким голосом запел: «Харе Кришна, Харе

Кришна, Кришна Кришна, Харе Харе/Харе Рама,

Харе Рама, Рама Рама, Харе Харе».

Я остолбенел от неожиданности. Я не веровал

своим «домашнем» - страница 10 ушам: Шрила Прабхупада пел ту

мантру, которую я услышал в песне матери-

Ганги. Сколько раз произносил я эту мантру с тех

пор, как в Ришикеше река открыла ее мне! По

коже у меня побежали мурашки «домашнем» - страница 10, тело задрожало,

а сердечко застучало, как барабан. Через пелену

навернувшихся слез я неотрывно смотрел на

Шрилу Прабхупаду, который посиживал, плотно

закрыв глаза и нахмурив брови. Когда он пел,

губки его изгибались дугой, звуки «домашнем» - страница 10 мантры слетали

с его уст, и прямо за ним мантру пели все, кто был

в пандале. На сцене последователи игрались на

обычных барабанах, тарелочках и гонгах, и

весь шатер заполнился священными звуками.

Окончив петь, Шрила Прабхупада

прокашлялся и «домашнем» - страница 10 громким голосом стал разъяснять

в микрофон значение этой мантры:

«Мы поем Маха-Мантру, величавую песнь

освобождения».

Он растолковал, что Харе — это воззвание к

Радхе, — божественной энергии Господа, Его

нескончаемой супруге: «Она дарит любовь к Богу и

является ее «домашнем» - страница 10 источником. Кришна — это имя

Бога, которое значит „всепривлекающий“. А

и м я Рама показывает на то, что Господь —

Верховный Наслаждающийся, дарующий

неиссякаемое блаженство тем, кто служит Ему с

любовью». Потом он стал гласить «домашнем» - страница 10 о том, что

непознаваемый звук очищает сердечко от

алчных желаний, пробуждает дремлющую в

нас любовь к Богу и дарит духовное счастье.

«Произнося Маха-Мантру, — продолжал

Шрила Прабхупада, — мы молим Господа:

„Пожалуйста, навеки займи меня полным любви

служением Для «домашнем» - страница 10 тебя“».

Я на уровне мыслей перенесся в Гималаи, на

облюбованный мною камень среди Ганги.

Сейчас все встало на свои места. Это были

имена того красивого юноши с кожей голубого

цвета, играющего на флейте. Юноши, который

пришел «домашнем» - страница 10 ко мне в виде картины. Он был Самим

Богом в одной из Собственных ипостасей. Все это

время я повторял Его имена и медитировал на

Его изображение, даже не подозревая о

существовавшей меж ними связи. И «домашнем» - страница 10 на данный момент

Шрила Прабхупада всего в нескольких обычных

фразах отдал ответ на загадку, над которой я

неудачно бился все это время. Мне

оставалось только изумляться тому, какой

необыкновенный оборот приняли мои духовные

поиски.

Блаженно улыбаясь, я опять

сосредоточился на «домашнем» - страница 10 том, что гласил Шрила

Прабхупада. Он с большой убежденностью

разъяснял, что настоящая религия не принадлежит

какой-нибудь касте либо исповеданию, ибо

заложена в самой природе живых созданий.

Обожать Бога — наша природа, но когда-то, в

давние времена «домашнем» - страница 10, мы кинули эту любовь

забвению. Для того чтоб душа испытала полное

ублажение, любовь к Богу должна быть

бескорыстной и бесспорной. «Мы нескончаемые души,

— произнес он, — но в невежестве собственном считаем

себя нашим бренным телом». Позже «домашнем» - страница 10 он стал

гласить о том, что предпосылкой всех страданий

стало забвение наших отношений с Богом и что

эти дела можно с легкостью вернуть,

повторяя имена Бога. Голосом, в каком

звучало настоящее сочувствие, он призывал

слушателей серьезно отнестись к «домашнем» - страница 10 его словам.

«Метод, который позволяет возродить

дремлющую в нас любовь к Богу, именуется

бхакти-йогой».

Пока Шрила Прабхупада гласил, некий

Пока Шрила Прабхупада гласил, некий

глас в глубине моего сердца произнес: Это

твой гуру. Но мой «домашнем» - страница 10 разум, отказавшись принять это,

вступил в схватку с сердечком:

Я уже встречал много святых и гуру

ранее, и встречу их еще в дальнейшем. Нет

смысла спешить. Ведь это самое принципиальное

решение в жизни. Я должен «домашнем» - страница 10 быть полностью

уверен в корректности собственного выбора, до этого

чем смогу предназначить жизнь какому-то пути.

В схватке одолел разум, и я, все еще сбитый с

толку, отторг идею о том, что готов избрать

гуру.

После лекции «домашнем» - страница 10 Шрила Прабхупада, уже уходя,

тормознул прямо передо мной. Вокруг нас

собралась гулкая масса, и от охватившего меня

волнения мой разум разрывался на части. Я

непроизвольно свалился на колени и протянул руку,

чтоб коснуться стоп Шрилы «домашнем» - страница 10 Прабхупады. Здесь же

прозвучал суровый крик: «Никому не позволено

дотрагиваться к стопам Прабхупады!» Сгорая от

стыда, я отдернул руку, но Шрила Прабхупада

внимательно поглядел мне прямо в глаза. Я

сообразил, что он ощутил всю боль моего стыда «домашнем» - страница 10 и

ощутил ответственность за резкость

собственного ученика. Я ощутил волну любви и заботы,

исходившую от него. Ослепительно улыбнувшись,

он негромко произнес: «Тебе я разрешаю коснуться

моих стоп». Чувствуя облегчение, я, польщенный,

принял на голову пыль с «домашнем» - страница 10 его стоп. Он нежно

потрепал меня по голове и пригласил посиживать

рядом с ним на сцене каждое утро и вечер. От

таковой доброты я лишился дара речи.

После лекции на последующее утро я встал «домашнем» - страница 10 в

гигантскую очередь за пользующейся популярностью индийской

сладостью — халавой. Я ничего не ел уже практически

день и поэтому был очень голоден. Когда

приблизительно через час подошла моя очередь, я

получил тарелку из листьев, полную только-только

приготовленной дымящейся, жаркой «домашнем» - страница 10 халавы.

Это было реальным благословением! Не в

силах больше вытерпеть, я готов был

приступить к еде, но в этот самый миг кто-то

подошел ко мне сзади и внезапно выхватил у

меня из рук тарелку «домашнем» - страница 10. Что же все-таки это такое? У меня здесь

же скрутило желудок, и кровь вскипела от ярости.

Обернувшись, я увидел того самого

человека, который деньком ранее провел меня на

сцену, — его звали Гурудас. Не выпуская из «домашнем» - страница 10 рук

мою халаву, он спросил:

«Ты что, собрался это есть?»

«Вообще-то да», — стараясь подавить

возмущение, ответил я.

Прямо у меня на очах он дал мой

давно ожидаемый завтрак кому-то другому, а меня

схватил «домашнем» - страница 10 за руку и куда-то потащил. Мгновением

позднее я посиживал за сценой, и хладнокровная

американка

по имени Малати Деви ставила передо мной

тарелку. Меня ожидал торжественный пир из

12-ти освященных вегетарианских блюд.

Гурудас улыбнулся: «Так будет лучше для «домашнем» - страница 10 твоего

здоровья. Мы просто желали незначительно

повеселить тебя». Оглядев меня, он заявил: «Ты

— вайшнав[7], и когда-нибудь ты сам это

поймешь».

Рядом со мной посиживал парень из Америки по

имени Шьямасундара. У нас с ним завязался

непосредственный разговор. Шьямасундара «домашнем» - страница 10 был

очень прост в разговоре, и меня не покидало

странноватое чувство, что я его уже кое-где лицезрел. И

здесь меня озарило: это тот монах,

который в клубе "Космос" в Амстердаме налил

мне прямо «домашнем» - страница 10 в руки целый половник фруктового

салата с йогуртом. Он еще спросил перед этим,

не желаю ли я испытать духовной еды. Я

напомнил ему о том случае, и он звучно

рассмеялся: «Так это ты! Прости, но у всех

других «домашнем» - страница 10 были тарелки». Пока мы

говорили, Малати, супруга Шьямасундары,

все подкладывала и подкладывала мне добавку,

пока я не взмолился, что уже хватит. В это время

их четырехлетняя дочь Сарасвати бегала и

резвилась за сценой «домашнем» - страница 10. Ее белокурые волосы,

блестящие голубые глаза и неиссякаемая

восторженность восхищали индийцев. Улыбаясь,

я следил за этой сценой, не запамятывая при всем этом

с энтузиазмом всасывать пищу.

Говорится, что святой человек так

чист, что выступает «домашнем» - страница 10 в качестве идеального

зеркала. Когда мы оказываемся перед таковой,

схожей зеркалу, душой, то можем ясно

рассмотреть как красоту, так и уродство собственной

внутренней жизни. Наша вера и сомнения,

добродетели и грехи, сильные и слабенькие стороны

нрава — они все отражаются «домашнем» - страница 10 в этом

зеркале. Опыт этот сразу и сладостен, и

мучителен, и конкретно такое чувство я испытывал

в присутствии Шрилы Прабхупады.

В один прекрасный момент вечерком, когда он читал

еще одну лекцию, его серьезность принудила

меня усомниться в «домашнем» - страница 10 своей искренности.

Как искренни мои мотивы? Готов

ли я взять на себя ответственность за свою

свою жизнь и жизни других? Почему я

до сего времени не избрал некий путь? Что

это: боязнь ответственности либо

легкомыслие? На «домашнем» - страница 10 какое будущее могу я

рассчитывать в таком случае?

Пока эти мысли вертелись у меня в голове,

Шрила Прабхупада со собственного высочайшего сидения

будто бы смотрел мне прямо в глаза. Под его

пристальным взором я закончил замечать

окружавшую «домашнем» - страница 10 нас многомилионную массу. Казалось,

в мире не было больше никого, не считая нас

двоих. Я ощущал, как его взор просачивается в

самые затаенные уголки моей души, и слышал в

сердечко его напористый глас: Не растрачивай

попусту «домашнем» - страница 10 свое драгоценное время: Кришна

ожидает тебя. Я трепетал от благодарности, но

при всем этом твердо знал, что скоро уеду. Тогда мне

казалось, что так будет честнее.

Те некоторое количество дней, что я провел «домашнем» - страница 10 рядом со

Шрилой Прабхупадой, Нельзя было сопоставить ни с

чем, но моя вера напоминала корабль без якоря,

дрейфующий в штормовом океане. Боязнь

связать себя какими-то обязанностями и

живущее в моем сердечко неодолимое желание

повидать другие «домашнем» - страница 10 места и повстречаться с другими

просветленными душами звали меня в дорогу. И

это верно, — задумывался я, — ведь у меня

должна появиться глубочайшая убежденность,

как на уровне разума, так и на уровне сердца,

до того как я смогу «домашнем» - страница 10, оставаясь добросовестным

перед самим собой, избрать некий один

путь либо какого-то 1-го гуру. Я возлагал надежды,

что в положенный срок Бог раскроет мне мое

назначение.

Потрясенный мудростью и сочувствием

Прабхупады, я решил перед отъездом из «домашнем» - страница 10 Бомбея

приобрести его книжку «Кришна». У меня не было средств,

потому, чтоб набрать нужную сумму, я

отправился на улицы Бомбея просить подаяние.

Но для неплохого побирушки я был очень

застенчив. Страдая от неловкости и «домашнем» - страница 10 унижения,

я старался как мог, но мне так и не удалось

собрать подходящей суммы. В последний денек

фестиваля один из учеников Шрилы Прабхупады

подвел меня к нему. Прабхупада ожидал на солнце

снаружи пандала. Немного откинув вспять «домашнем» - страница 10 голову и

распрямив спину, он стоял, делая упор перед

собой на древесную трость. Его огромные глаза

внимательно смотрели на меня, а опущенные края

губ присваивали его лицу очень суровое

выражение.

«Что?» — спросил он.

Ученик ответил: «Этот парень так желает

приобрести «домашнем» - страница 10 Вашу новейшую книжку, что ради этого даже

пошел просить милостыню на улице».

Шрила Прабхупада был так тронут этим, что

своими руками подарил мне книжку. Его взор

лучился добротой. Он потрепал меня по голове «домашнем» - страница 10 и

поблагодарил: «Большое спасибо».

Огромное спасибо, — эхом отозвалось мое

сердечко, и я уважительно склонил голову.



domashnih-kontrolnih-rabot.html
domashnij-ochag-i-rodnoe-pomeste-2-glava.html
domashnij-telefon-192-58-78-rabochij-192-81-64-obyavlenie-o-prieme-dokumentov-dlya-uchastiya-v-konkurse-5-na-zameshenie.html